Катер за 20 тысяч и Mazda без согласия управляющего: как не надо банкротиться

Банкротство гражданина — это не просто юридическая процедура, а своего рода социальный лифт: она даёт человеку, оказавшемуся в тяжёлой финансовой ситуации, шанс начать всё с чистого листа, списав непосильные долги. Однако этот «шанс» предоставляется далеко не всем. Закон предъявляет к должнику строгое требование — он должен действовать добросовестно. Любое отклонение от этого стандарта, особенно сокрытие имущества или непредоставление сведений финансовому управляющему, может привести к отказу в освобождении от обязательств. В этом случае долги остаются в силе, а смысл процедуры банкротства для должника теряется.
 
Наглядный пример того, как это работает на практике, содержится в свежем постановлении Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу томского предпринимателя Куликова (Дело № А67‑5110/2021). Это дело наглядно показывает: банкротство — не индульгенция, а инструмент, требующий полной прозрачности и честности.
 
Суть дела: долги на 18 млн и «исчезнувший» катер

История Куликова  — классический пример потребительского банкротства. В 2021 году налоговая служба инициировала процедуру признания его несостоятельным. В ходе дела выяснилось, что у предпринимателя накопились долги на сумму более 18,1 миллиона рублей — это требования, включённые в реестр кредиторов.
 
В 2022 году в отношении Куликова была введена процедура реализации имущества. Финансовый управляющий попытался сформировать конкурсную массу. Было реализовано совместно нажитое с супругой имущество, а также взыскано 3,5 млн рублей с третьего лица по недействительной сделке купли-продажи автомобиля. Однако этих средств хватило лишь на частичное погашение требований — всего 2,9 млн рублей.
 
Кредиторы остались должны около 15 млн рублей, и финансовый управляющий заявил ходатайство о завершении процедуры банкротства. Но при этом он просил не применять в отношении Куликова правило об освобождении от обязательств. Почему? Потому что должник вёл себя недобросовестно.
 
«Скрытые активы»: что именно вменяли должнику?

Суд установил два эпизода, которые стали решающими для отказа в «списании» долгов:
 

1. Сокрытие катера. У Куликова в собственности было судно — «Катер ПР‑1370А‑070‑103» 1987 года выпуска. В 2020 году, ещё до возбуждения дела о банкротстве, он продал его за 20 000 рублей. Однако информацию об этой сделке должник от финансового управляющего скрыл. Катер не был передан в конкурсную массу. Суд обязал Куликова передать имущество, но тот не исполнил судебный акт.
2. Продажа дорогого автомобиля в ходе процедуры. В мае 2022 года, уже после того, как суд принял заявление о банкротстве и ввёл процедуру реструктуризации долгов, Куликов продал автомобиль Mazda CX‑9 2018 года выпуска (рыночная стоимость — около 3,5 млн рублей) своему знакомому Титoву. При этом он не получил согласия финансового управляющего, что является прямым нарушением закона о банкротстве.

 
Суд признал эту сделку недействительной по нескольким основаниям: она была совершена без одобрения управляющего (пункт 1 статьи 173.1 ГК РФ), по заниженной цене (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве) и с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве). В итоге с Титова взыскали 3,5 млн рублей, но сам факт попытки вывести актив из‑под контроля суда и кредиторов остался неоспоримым доказательством недобросовестности.
 
Правовой экскурс: как работает освобождение от долгов?

Чтобы понять, почему суд отказал Куликову, нужно разобраться в механизме банкротства граждан.
 
Общее правило закреплено в пункте 3 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (№ 127‑ФЗ): после завершения расчётов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе тех, которые не были заявлены в процедуре. Это и есть то самое «списание долгов».
 
Однако из этого правила есть исключения. Пункт 4 той же статьи перечисляет случаи, когда освобождение от обязательств не допускается. В частности, суд может отказать в списании долгов, если доказано, что должник:
 

• скрыл или умышленно уничтожил имущество;
• предоставил заведомо ложные сведения финансовому управляющему или суду;
• злостно уклонялся от погашения задолженности;
• привлекался к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве;
• совершил мошенничество при получении кредита.

 
Важно, что этот перечень не является исчерпывающим. Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в своём Постановлении № 45 от 13 октября 2015 года, суд вправе отказать в освобождении от долгов и в иных случаях, если поведение должника свидетельствует о злоупотреблении правом. На практике основанием для отказа служит любое недобросовестное поведение должника, а суды руководствуются общими положениями о добросовестности, закреплёнными в статье 10 Гражданского кодекса РФ.
 
Кроме того, Верховный Суд РФ в своих разъяснениях подчеркнул: цель банкротства — обеспечить добросовестное сотрудничество должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Нормы закона направлены на недопущение сокрытия каких‑либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов.
 
Почему суд отказал в освобождении от долгов?

Апелляционный суд, рассматривая жалобу Куликова и его супруги (которая также пыталась оспорить определение), подтвердил решение первой инстанции. Судьи указали, что должник:
 

• уклонился от сотрудничества с финансовым управляющим: не передал катер и автомобиль, не исполнил судебный акт об их истребовании; 
• скрыл имущество, причём катер до сих пор числится зарегистрированным на должнике, что свидетельствует о намерении сохранить юридический контроль над активом;
• совершил недействительную сделку по продаже автомобиля, которая была направлена на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

 
Суд отклонил доводы Куликова о том, что денежные средства от продажи автомобиля в итоге вернулись в конкурсную массу (через взыскание с покупателя), а стоимость катера была несущественной. Как пояснил суд, юридически значимым является сам факт сокрытия имущества и недобросовестное поведение, а не размер причинённого ущерба. Кроме того, без предоставления подтверждающих документов невозможно объективно оценить действительную стоимость катера.
 
В итоге суд завершил процедуру реализации имущества, но постановил: правило об освобождении от исполнения обязательств не применять. Это значит, что все его долги (включая непогашенные 15 млн рублей) остаются в силе, и кредиторы могут продолжать их взыскивать.
 
Аналогичная практика: сокрытие имущества — верный путь к отказу

Этот случай — не единичный. Арбитражные суды по всей стране последовательно отказывают в освобождении от долгов должникам, которые скрывают своё имущество или доходы.
 
Так, в 2025 году Арбитражный суд Камчатского края отказал в списании долгов гражданке С., которая пыталась скрыть от финансового управляющего свой автомобиль. Суд указал, что основанием для отказа послужили установленные факты недобросовестного поведения, направленные на сокрытие имущества от кредиторов.
 
Аналогичное решение вынес и Арбитражный суд Северо‑Западного округа в мае 2025 года. В том деле должник скрыл от управляющего и суда сведения об осуществлении деятельности тату‑мастера и наличии ценных бумаг. Суд подчеркнул: законодательство о банкротстве устанавливает стандарт добросовестности, позволяя освободиться от долгов только честному гражданину, неумышленно попавшему в затруднительное финансовое положение, открытому для сотрудничества с финансовым управляющим.
 
Комментарий: почему суды так строги?

С точки зрения практикующего юриста, такая позиция судов абсолютно оправданна. Банкротство — это не «волшебная кнопка», а сложный механизм, который работает только при условии полной прозрачности. Должник, который скрывает имущество или доходы, фактически пытается обмануть кредиторов и суд. Если бы Куликову списали долги, это создало бы опасный прецедент: у других должников появился бы стимул прятать активы в расчёте на то, что потом их всё равно освободят от обязательств.
 
Судьи в своём постановлении прямо сослались на правовую позицию Верховного Суда РФ, выраженную в Определении от 23 января 2017 года № 304‑ЭС16‑14541: отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами. Именно такое поведение и было установлено в рассматриваемом деле.
 
Выводы и рекомендации

История Куликова — яркая иллюстрация того, как не стоит проходить процедуру банкротства. Вот главные уроки из этого дела:
 

• Банкротство — не способ обмануть кредиторов. Если вы скрываете имущество, не сотрудничаете с финансовым управляющим или пытаетесь вывести активы, суд почти наверняка откажет вам в освобождении от долгов. Все ваши действия будут тщательно проверены.
• Полная прозрачность — залог успеха. Чтобы получить «списание» долгов, нужно добросовестно раскрыть всю информацию о своих доходах, имуществе и сделках. Любая попытка что‑то утаить будет расценена как злоупотребление правом.
• Даже незначительное сокрытие может привести к отказу. В деле Куликова суд не принял во внимание довод о том, что катер стоит всего 50 тысяч рублей. Факт сокрытия оказался важнее суммы.
• Сделки в преддверии банкротства — под пристальным вниманием. Если вы продали имущество незадолго до или после возбуждения дела о банкротстве, суд может признать такую сделку недействительной, а вас — недобросовестным должником. 
• Обязательный и важный этап - консультация специалиста при подготовке к банкротству.

Бесплатная консультация по любым вопросам банкротства физических лиц.
Обращайтесь письмом на эл.почту: Lechimdolgi@ya.ru или по тел.: +79272361341